«В пользу воинов и их семейств»
Вскоре после начала Первой мировой войны две российские благотворительные организации — Женское патриотическое общество и Скобелевский комитет — обратились в Министерство внутренних дел с необычной просьбой. Они хотели выпустить специальные почтовые марки: часть дохода от их продажи предполагалось направить в фонд помощи раненым солдатам и семьям погибших воинов. Идея была не новой — Женское патриотическое общество уже получало аналогичное разрешение в период Русско-японской войны 1904–1905 годов, и теперь начальник Главного управления почт и телеграфов рекомендовал предоставить право на выпуск марок именно этой организации, а не Скобелевскому комитету. Министерство внутренних дел одобрило предложение.
Принцип прост: благотворительная марка продаётся дороже своего номинала, а разница идёт на благотворительные цели. В данном случае надбавка составляла 1 копейку на каждую марку, независимо от номинала. То есть марка номиналом 3 копейки стоила 4 копейки, а 10-копеечная — 11 копеек. При этом для оплаты почтовых сборов учитывалась только номинальная стоимость: марка за 11 копеек оплачивала пересылку на 10 копеек, а дополнительная копейка шла в благотворительный фонд. Патриотические марки официально приравнивались к обычным государственным знакам почтовой оплаты.
Российские благотворительные марки «в пользу воинов и их семейств»
Первый выпуск российских патриотических благотворительных марок: ноябрь 1914 года
18 сентября 1914 года начальник Главного управления почт и телеграфов циркуляром № 55 официально известил все подведомственные почтово-телеграфные учреждения о выпуске «патриотических почтовых марок». Марки выпускались четырёх достоинств — 1, 3, 7 и 10 копеек — и должны были распространяться через все почтовые конторы Российской империи.
Канцелярия Женского патриотического общества действовала оперативно: уже 17 сентября она сообщила почтовому ведомству, что заказ на изготовление марок-образцов уже размещён. 6 ноября общество уведомило Главное управление об уплате 23 450 рублей в доход казны — таков был счёт за выпуск первого тиража патриотических почтовых марок в количестве: 718 000 штук 1 коп. достоинства, 160 000 шт. — 3 коп. достоинства, 18 000 штук — 7 коп. достоинства, 100 000 шт.— 10 коп. достоинства. Не перфорированных: 1000 штук — 1 коп. достоинства, 1000 штук—3 коп. достоинства, 1000 штук 7 коп. достоинства, 1000 штук — 10 коп. достоинства. Всего 1 000 000 марок разного достоинства. Неперфорированные марки в почтовом обращении не использовались и предназначались для коллекционеров.
10 ноября 1914 года вышел циркуляр № 72606, разрешавший выпуск патриотических марок в обращение. На следующий день, 11 ноября, экспедиция приёма и рассылки знаков почтовой оплаты впервые получила марки из Экспедиции заготовления государственных бумаг (ЭЗГБ) — государственного предприятия, которое в дореволюционной России печатало банкноты, марки и другие ценные бумаги. В первый день поступило 572 тысячи марок, включая 100 тысяч образцов с надпечаткой слова «Образец» и 60 тысяч образцов для рассылки местным почтово-телеграфным начальствам. 17 ноября ЭЗГБ передала обществу ещё 528 тысяч марок. В итоге за 1914 год ЭЗГБ изготовила и передала 1 миллион 920 тысяч патриотических марок и 160 тысяч их образцов.
Марки оказались популярны не только в России, но и за границей. Уже в сентябре 1914 года две зарубежные торговые фирмы — голландская М. Боолеман и английская «Кинг и К°» — разместили заказы на их приобретение. Это стало поводом для дополнительного выпуска в 1915 году общим тиражом 1 миллион 200 тысяч экземпляров.
Первый выпуск российских патриотических благотворительных марок: переход на белую бумагу
В декабре 1914 года канцелярия патриотического общества сообщила начальнику Главного управления почт и телеграфов о проблеме: из-за нехватки крашеной бумаги и связанных с её производством неудобств экспедиция предложила печатать марки на обычной белой бумаге. Это предложение было принято.
Изготовление марок на белой бумаге началось в 1915 году. С 3 по 13 февраля ЭЗГБ отпечатала 1 миллион 188 тысяч марок с зубцами, 2 тысячи без зубцов и 160 тысяч образцов с надпечаткой «Образец». До конца года было выпущено ещё 6 миллионов 100 тысяч марок нового образца и дополнительно 50 тысяч образцов в декабре.
Появление в обращении патриотических марок на белой бумаге вызвало замешательство на местах. Некоторые почтово-телеграфные конторы отказывались принимать корреспонденцию, оплаченную такими марками, — видимо, не веря в их подлинность. Это вынудило почтовое ведомство выпустить специальный циркуляр от 10 апреля 1915 года № 36, подтверждающий, что корреспонденция, оплаченная патриотическими марками на белой бумаге, подлежит беспрепятственной пересылке.
В 1916 году изготовление патриотических марок продолжилось — по документам ЭЗГБ было отпечатано 17 800 листов, то есть 1 миллион 780 тысяч штук.
Беззубцовые марки «патриотического» выпуска: история и спекуляция
Небольшая часть марок и первого, и второго выпуска тиражей патриотических благотворительных марок была изготовлена без зубцов. Эти марки не предназначались для почтового обращения — они передавались Женскому патриотическому обществу вместе с первыми партиями отпечатанных листов. Однако в каталоге «Основная Россия» под редакцией Ф. Г. Чучина (выпуск 1928 года) появилось примечание о том, что в 1917 году, ввиду ослабления контроля, спекулянтам удалось выпустить небольшое количество беззубцовых серий. Это утверждение, по всей видимости, основывалось на публикации в журнале «Филателия» за сентябрь–октябрь 1917 года, где говорилось о патриотических марках без прокола как о «первоклассной редкости».
Любопытно, что в том же номере журнала размещалось рекламное объявление торговца Эйхенталя, предлагавшего беззубцовые серии по 100 рублей за комплект. Чтобы оправдать высокую цену, он занизил тиражи в 5–10 раз: вместо реальных 1000 беззубцовых марок каждого достоинства на цветной бумаге утверждалось о выпуске всего 100 серий, и аналогично для белой бумаги. Классический приём создания искусственного дефицита.
На самом деле есть ещё несколько образцов российских марок сходных по смыслу с теми, о которых идет речь в статье. Но это уже чисто благотворительные марки и соответственно — непочтовые.
Когда марки «в пользу воинов и их семейств» поступили в продажу
Точный день начала продаж российских патриотических марок в почтовых конторах документально не установлен, поэтому филателисты определяют его по самым ранним гашениям — почтовым штемпелям на реально отправленных письмах. В зарубежной литературе долгое время считалось, что наиболее раннее отправление с патриотическими марками датировано 22 ноября 1914 года: это заказное письмо из Санкт-Петербурга с двумя 10-копеечными марками, имеющими зубцовку 13½. Однако в Государственной коллекции почтовых марок, хранящейся в Музее связи имени А. С. Попова, сохранилось ещё более раннее письмо — с 3-копеечной маркой, отправленное из Москвы 20 ноября 1914 года. Так что фактически марки начали ходить в почте уже через девять дней после их получения из типографии.
Дополнительный интерес представляет документ из музея Гознака. Это лист-паспарту — специальный картонный лист, на который наклеены все четыре марки первого выпуска «В пользу воинов и их семейств» на цветной бумаге с линейной зубцовкой 13½. На листе стоит штамп: «Утверждён Имп. Женским Патр. Обществом 17 окт. 1914 г., № 3366». Этот документ не только зафиксировал точную дату утверждения марок заказчиком — 17 октября 1914 года, — но и служил эталоном-образцом для их воспроизведения в петербургской типографии Экспедиции заготовления государственных бумаг.
Второй документ, обнаруженный в музее Гознака, — это лист-паспарту с четырьмя марками второй серии «В пользу воинов и их семейств», отпечатанными уже на белой бумаге. Под марками стоит штамп: «Утвержден Имп. Женским Патр. Обществом. Отнош. 18 дек. 1914 г., № 3957». Этот документ представляет особый интерес, потому что он свидетельствует: Экспедиция заготовления государственных бумаг (ЭЗГБ) приступила к печатанию второй серии ещё в декабре 1914 года, а не в феврале 1915 года, как утверждалось в более ранних публикациях. Основная часть тиража была отпечатана в январе 1915 года — это подтверждается типографскими надписями «1915. январь» на полях листов всех номиналов. В феврале же экспедиция лишь передала заказчику первую крупную партию.
Что касается даты начала продаж марок второй серии, то и здесь точной документальной даты нет. Самое раннее из известных гашений — «Москва 10 марта 1915 года».
Чтобы познакомить население с новыми марками, во всех местах их продажи были развешаны специальные объявления. Под изображением всех четырёх марок и государственного герба на них значилось: «Почтовые патриотические марки Императорского женского патриотического общества в пользу сирот продаются здесь». Далее разъяснялось, что марки номиналом 1, 3, 7 и 10 копеек принимаются для оплаты всякого рода корреспонденции — простой, заказной, бандеролей — наравне с обычными почтовыми марками и приводилось важное примечание: «Патриотические почтовые марки продаются с надбавкою только одной копейки на каждую марку. Чистый доход, вырученный от сей надбавки, поступает в пользу сирот воинов».
Филателистические разновидности марок «в пользу воинов и их семейств»
Зубцовка трёх размеров
Все четыре марки первой серии на цветной бумаге известны с линейной зубцовкой трёх размеров — 11¼, 12½ и 13½. Реже всего встречается 3-копеечная марка с зубцами 13½, хотя именно с этой зубцовкой серия была утверждена к печати — то есть изначальный эталонный лист, о котором говорилось выше, имел именно 13½.
На белой бумаге в почтовое обращение поступили только три номинала — 1, 3 и 10 копеек. 7-копеечные марки почтовыми учреждениями не продавались, и вот почему: ещё 15 сентября 1914 года почтовый тариф на простые иногородние письма был повышен с 7 до 10 копеек. Семикопеечные марки второй серии, таким образом, оказались ненужными для оплаты стандартной корреспонденции. Впоследствии их продали филателистам, и в погашенном виде они практически не встречаются.
«Сломанное копьё» и «Окровавленный меч»
Весь тираж марок первой серии и почти весь тираж второй печатался листами по 100 штук (10×10), без обычного для большинства дореволюционных русских марок деления листа на четыре части. Сотимарочная печатная форма составлялась из четырёх пластин по 25 марок (5×5) в каждой. Доказательством служат листы 10-копеечных марок обеих серий: в каждом из них ровно по четыре марки с хорошо известной филателистам разновидностью «Сломанное копьё» — у всадника, Георгия Победоносца, копьё кажется переломанным пополам из-за поперечной чёрточки. Эти марки занимают 43-е, 48-е, 93-е и 98-е места в листе, что соответствует 23-й марке в каждой из четырёх пластин. Таким образом, дефект клише (печатной формы) был одинаковым во всех четырёх пластинах, что и подтверждает их симметричное расположение.
Отдельные коллекционеры выделяют ещё одну разновидность 1-копеечной марки с изображением русского витязя со щитом. Речь идёт о случае, когда оранжевая краска рамки (кадра) рисунка заходит на кончик меча — такая марка в обиходе филателистов называется «Окровавленный меч». Однако настоящей разновидностью её считать нельзя: меч окрашивался в оранжевый цвет из-за неточного совмещения печатных форм с разными красками — оранжевой для рамок и серо-зелёной для центров рисунков. При просмотре многих листов видно, что «окровавленный меч» появляется на марках в самых разных местах, при абсолютной идентичности клише всех марок. Это типичный печатный брак — смещение краски при совмещении форм, а не намеренное изменение рисунка.
К подлинным разновидностям скорее относятся 1-копеечные марки, рамка которых отпечатана жёлтой краской вместо оранжевой. Такие экземпляры встречаются чрезвычайно редко. Редкими также являются патриотические марки с оттиском печати на оборотной, клеевой стороне — так называемый абкляч (от немецкого Abklatsch — отпечаток). Один такой экземпляр 7-копеечной марки на цветной бумаге с зубцовкой 11½ имеется в коллекции львовского филателиста В. В. Лобачевского.
В Государственной коллекции в Музее связи имени А. С. Попова хранится ещё одна любопытная разновидность — негашеная 10-копеечная марка на белой бумаге со значительным сдвигом вправо и вверх центра рисунка с изображением Георгия Победоносца. Это результат смещения печатной формы при наложении красок.
Форматы листов и перфорационный брак
Во втором издании каталога почтовых марок Российской империи под редакцией Ф. Г. Чучина (1924 год) указано, что патриотические марки печатались в листах по 50 и 100 штук. Это верно лишь для марок второй серии — на белой бумаге. Они действительно печатались листами обоих форматов: 100-марочные (10×10) и 50-марочные, состоящие из 10 горизонтальных рядов по 5 марок. Такой лист 3-копеечных марок с зубцовкой 12½ имеется в Государственной коллекции.
Патриотические марки встречаются с пропуском перфорации с одной стороны — обычно это крайние марки в листе, с полями. В Государственной коллекции хранится негашеная горизонтальная пара 1-копеечных марок на белой бумаге (9-я и 10-я в ряду), у которой отсутствуют два ряда вертикальной перфорации: между марками и с правого края, между правой маркой и полем.
Когда при контроле качества обнаруживались листы с пропущенными рядами перфорации, в типографии дополнительно пробивали недостающие отверстия на перфорационной машине. При этом не исключалось использование линейки другого размера — и тогда появлялись марки с комбинированной зубцовкой, то есть с разным размером отверстий по разным сторонам. В филателистической литературе о подобных экземплярах среди патриотических марок до сих пор не сообщалось. Однако в Государственной коллекции имеется 3-копеечная марка на цветной бумаге с зубцовкой 11¼ : 12¼ : 12½ : 13½. Наличие полного левого поля и абсолютная точность всех проколов не оставляют сомнений: левая вертикальная перфорация (11¼) выполнена машиной в типографии, то есть является фабричной. Этот экземпляр, по всей видимости, уникален.
Там же находится ещё одна редкая разновидность той же 3-копеечной марки на цветной бумаге — с двойной вертикальной перфорацией справа (негашеный экземпляр).
Предупреждение о фальсификате
Малоопытных коллекционеров стоит предостеречь: 3-копеечная марка первой серии на бумаге оранжевого (вместо розового) цвета с зубцами 12½ — это не цветовая разновидность, а химический фальсификат. Подделка изготавливалась путём химического воздействия на оригинальные марки, изменявшего цвет бумаги, и продавалась зарубежными торговыми фирмами ещё в 1919 году. Фальсификат был изготовлен и распространён в большом количестве.
Пробные марки серии «в пользу воинов и их семейств»
Как беззубцовые марки оказались погашенными и попали к коллекционерам?
Документы, опубликованные Ю. Рудниковым, проясняют путь, каким беззубцовые патриотические марки — никогда не бывшие в почтовом обращении — оказались в коллекциях. ЭЗГБ передала заказчику, Женскому патриотическому обществу, 1000 комплектов марок на цветной бумаге и 500 комплектов на белой в беззубцовом исполнении. Впоследствии они попали к петроградскому торговцу Эйхенталю — тому самому, который рекламировал их в журнале «Филателия» по 100 рублей за серию.
Эйхенталь не ограничился продажей марок в чистом виде. Он вошёл в контакт с чиновником 33-го почтового отделения Петрограда, который по «просьбе» оборотистого коммерсанта погасил часть беззубцовых марок обеих серий штемпелем «Петроград 33 6 9 16» (6 сентября 1916 года). Встречаются и беззубцовые марки с гашениями 1917–1919 годов, выполненными в разных городах страны уже самими филателистами — искусственно, для придания маркам «почтового» вида.
Образцы и пробные оттиски марок «в пользу воинов и их семейств»
Автор всех четырёх рисунков патриотических марок — Рихард Зарриньш, известный художник и гравёр, много лет проработавший в ЭЗГБ. Его необычайно тонкие рисунки и орнаменты строго выдержаны в стиле классической русской графики. Сохранилось некоторое количество пробных оттисков марок, выполненных в разных цветах и с рисунками разных размеров. Известны одноцветные пробные оттиски размером 20×25,5 мм на плотной бумаге и 22×28,5 мм на мелованной бумаге. Размеры первых полностью совпадают с размерами юбилейных марок малых (копеечных) номиналов 1913 года — это позволяет предположить, что при создании патриотических марок Зарриньш использовал отработанные ранее клише и форматы.
Зеркальное отражение
На пробных оттисках 7-копеечной марки обнаруживается неожиданная деталь: рисунок в центре — женщина с детьми — расположен в противоположную сторону по сравнению с окончательно утверждённым вариантом. Проще говоря, это зеркальное отражение: то, что на готовой марке смотрит вправо, на пробном оттиске смотрит влево. Такие зеркальные оттиски нередко встречаются на подготовительных материалах: художник или гравёр печатает пробу с ещё не окончательно обработанной формы, и изображение получается перевёрнутым.
Четыре пробных оттиска Георгия Победоносца
В коллекции автора оригинальной статьи хранились четыре пробных оттиска рисунка марки без каких-либо надписей. В центральной части каждого оттиска изображён стоящий во весь рост Георгий Победоносец — одетый в типичную древнерусскую кольчугу, в шлеме, с мечом в руке, попирающий левой ногой повергнутого дракона. Кадр (рамка) рисунка лишён внутренней орнаментировки — это говорит о том, что перед нами первоначальная заготовка, эскиз, который ещё не был детально проработан и не снабжён текстами номинала и назначением марки.
Оттиски отличаются друг от друга только цветом: один отпечатан в тёмно-серо-оливковом оттенке, второй — в розово-карминовом, третий — в коричнево-оранжевом и четвёртый — в светло-коричневом. Все четыре напечатаны на простой сероватой бумаге, покрытой клеем на оборотной стороне (как у настоящих марок). Размер рисунков — 22×28,5 мм, а размер листков бумаги, на которые нанесены оттиски, — 40×46 мм. На нижних полях всех четырёх оттисков стоит автограф Р. Зарриньша — инициалы «Р. З.» — и его же рукой начертана одна и та же дата: 24/II 15, то есть 24 февраля 1915 года.
Сюжет рисунка — Георгий Победоносец, попирающий дракона — полностью совпадает с сюжетом утверждённой 10-копеечной марки. Размер 22×28,5 мм также совпадает с размерами пробного оттиска 10-копеечной марки с изображением Георгия на коне, который был принят к печати и хранится в «Альбоме знаков почтовой оплаты» Музея Гознака. Эти два аргумента — совпадение сюжета и совпадение размеров — убедительно доказывают принадлежность пробных оттисков к комплексу подготовительных работ Рихарда Зарриньша над серией патриотических марок.
Однако возникает закономерный вопрос: как объяснить дату 24 февраля 1915 года, поставленную самим художником на полях, если от неё отделяют четыре месяца от 17 октября 1914 года — дня утверждения к печати окончательно подготовленных марок? Логично предположить следующее. Ещё в начале работы над серией Зарриньш набросал эскиз марки со стоящим во весь рост пешим Георгием, попирающим ногой повергнутого дракона. Одновременно художник сделал по тому же мотиву второй эскиз — с Георгием, скачущим на коне. Предпочтение было отдано второму варианту, и именно он пошёл в печать. Позже, когда срочный и ответственный заказ на крупные партии марок был выполнен, Зарриньш вернулся к первому, отвергнутому эскизу и в феврале 1915 года подготовил по нему несколько пробных оттисков в разных цветах — четыре из них теперь и хранятся в коллекции.
Солнце с волнообразными лучами
Характерная деталь: на пробных оттисках сцену боя Георгия с драконом художник изобразил на фоне солнца с волнообразными лучами. Эта деталь хорошо знакома филателистам — она воспроизведена Зарриньшем на революционных марках, выпущенных в 1918 году к первой годовщине Октябрьской революции. Совпадение говорит о том, что художник заново использовал отдельные графические мотивы из своих более ранних работ, перенося удачные элементы из серии в серию. В подобном творческом приёме нет ничего необычного: найденное удачное решение часто становится узнаваемой чертой авторского стиля.
Образцы марок серии
Перфорированные патриотические марки первой серии с надпечаткой слова «Образец» имели одинаковую зубцовку 13½. Марки второй серии достоинством 1, 3 и 10 копеек имели зубцовку 12½, а 7-копеечные — 11½.
На беззубцовых марках слово ОБРАЗЕЦЪ наносилось не типографской надпечаткой, а перфорированием — то есть пробивалось иглами. На листе из 100 марок делалось 15 перфораций этого слова: в пять рядов по три в каждом, причём каждый ряд охватывал два горизонтальных ряда марок. Длина перфорации по внешним отверстиям первой и последней букв (О и Ъ) — 96 мм, высота букв — 15 мм. Этот перфорационный способ нанесения слова «Образец» был введён в ЭЗГБ для беззубцовых марок ещё в 1883 году, тогда как на зубцовых марках соответствующие надпечатки делались типографским способом — то есть просто печатались краской.
Патриотические марки Первой мировой войны в других странах
В годы Первой мировой войны только в России были выпущены большим для того времени тиражом высокохудожественные марки с благородной целью — оказать помощь пострадавшим участникам войны и их семьям. Другие воюющие страны подошли к задаче проще.
Великобритания и Франция ограничились надпечатками на уже курсировавших марках: на обычных почтовых марках дополнительно печатался текст с указанием доплаты в пользу Красного Креста или непосредственно на военные нужды. Это технически более простой и дешёвый путь — не нужно создавать новые рисунки и новые печатные формы, достаточно добавить текст на существующие. Однако и художественная ценность таких марок несравнимо ниже.
Бельгия и Австрия с той же благотворительной целью выпустили оригинальные марки — то есть не ограничились надпечатками, а создали самостоятельные рисунки. Тем не менее их художественное и полиграфическое исполнение заметно уступало российской серии патриотических марок, подготовленной Рихардом Зарриньшем. Тонкость рисунка, проработка орнамента, стилистическая цельность — всё это выделяет русские патриотические марки не только как благотворительный, но и как самостоятельный художественный памятник своего времени.
Источник оригинальной статьи: журнал «Филателия СССР» №1 за 1972 г. (К. БЕРНГАРД, Ю. РУДНИКОВ), доработки и примечания по тексту stampbox.ru