Скажи мне кто-нибудь еще полгода назад, что эта серия марок способна поставить исследователя в тупик, я бы, наверное, только усмехнулся. Одна из самых известных, самых популярных, самых распространенных серий РСФСР — и какие-то «неразгаданные тайны»?!
Те самые загадочные надпечатки в 5000 рублей, на первом выпуске марок РСФСР
Но вот они лежат передо мною все десять надпечаток,—и я, как ни печально в этом признаваться, не в силах ответить на простейший вопрос: почему же они изданы?
В середине февраля 1922 года в почтовых окошках появились марки с черными и красными надпечатками высоких номиналов: 5 000 и 10 000 рублей. Их с особым интересом встретили филателисты — надпечатки продлевали почтовую жизнь популярного среди коллекционеров выпуска советских марок.
Выпуску этому в свое время поразительно не повезло. Не успели 10 августа 1921 года появиться на свет пять его оригинальных марок в 1, 2, 5, 20 и 40 рублей, как уже через несколько дней… увеличились почтовые тарифы. И не как-нибудь, а в десятки раз! Пересылка даже простого письма (не говоря уже о заказной корреспонденции) вместо 5 рублей стала оплачиваться марками на сумму… в 250 рублей! Где уж тут справиться выпуску 1921 года с его невысокими номиналами. И марки сами по себе потихоньку исчезли из обращения. А основные запасы их так и остались в почтовом ведомстве неизрасходованными… И вот в феврале 1922 года, этот выпуск вновь возвращался к жизни с помощью надпечаток.
Тот самый «невезучий» выпуск почтовых марок РСФСР
Но почему марки снабдили номиналами в 5 000 и 10 000 рублей?
Как сообщалось в печати, новые знаки поступили в обращение в связи с Постановлением Совнаркома РСФСР о повышении с 1 февраля 1922 г. почтовых тарифов. Тарифы эти выглядели несколько необычно. Падал курс бумажного рубля. Поэтому тарифы постоянно корректировали — учитывали меняющуюся себестоимость пересылки корреспонденции. Естественно, новые тарифы выражались в условных единицах—в копейках так называемого «довоенного рубля», а затем сообщался курс его перевода в советские денежные знаки. Курс бумажных купюр мог меняться отныне сколь угодно часто, а тарифы оставались бы неизменными. На февраль 1922 года, Наркомпочтель сообщил стоимость довоенного рубля — 150 000 рублей дензнаками.
Надпечатка 5000 рублей на марке номиналом 20 рублей от 1921 года
И здесь начиналось непонятное.
По новым тарифам пересылка иногороднего письма стоила 5, а дополнительный сбор за отправление его заказным —10 копеек. Нехитрый арифметический подсчет приводил к неожиданным результатам: пересылка простого письма равнялась 7 500 руб. и заказного — 22 500 руб.
Но при чем же тут красные и черные надпечатки в 5 000 и 10 000 руб., которые издавались в обеспечение именно этих тарифов?! Может быть, они предназначены для других видов отправлений, скажем, бандеролей?
Еще раз внимательно проглядываю расценки… Нет, номиналы 5 000 и 10 000 руб. не требуются ни для какого вида корреспонденции. Возможно, надпечатки — случайный выпуск? Не подскажут ли что-нибудь тиражи?
Увы, тираж надпечаток — около 8 миллионов экземпляров — начисто исключает случайность; такими тиражами марки могли издаваться только для определенной цели. Но какой? Ответа не было…
Надпечатка 10 000 рублей
Однажды, перелистывая газету «Известия ВЦИК» за 1922 г., в номере от 1 марта я обнаружил письмо в редакцию, в котором некто Генн. Упоров жаловался: в 17-м почтовом отделении Москвы неправильно взыскали плату за пересылку иногороднего письма — 7 500 руб., тогда как следовало, по его мнению, только 5 000 руб.
Цифра «5 000» заинтересовала. Чем же подкреплял Генн. Упоров свою точку зрения? Он писал:
«В Постановлении Совета Народных Комиссаров об изменении тарифов почтово-телеграфного ведомства… сказано:
2. Взимание платы производить по тарифам, установленным Наркомпочтелем на каждую четверть года, согласно курса довоенного рубля на первый месяц наступившей четверти года.
Первый месяц настоящей четверти года —январь. Наркомфин опубликовал январский курс в 100 000 руб.
Иногороднее письмо… стоит 5 коп. золотом, то есть 5000 руб. бумажными деньгами. В почтовых же отделениях… берут 7 500 руб., то есть исходят … из февральского курса рубля. Следовало бы предложить Наркомпочтелю точно руководствоваться декретом».
Да, читатель оказался прав: действительно в Постановлении Совнаркома о новых тарифах идет речь о переводе довоенных рублей в совзнаки по курсу первого месяца текущей четверти года.
А по январскому курсу (100 000 руб.) для новых тарифов как раз и требовались марки с номиналами в 5000 и 10 000 руб.— для оплаты иногородних писем и дополнительного сбора «за заказ». Значит, надпечатки черной и красной краской готовились к выпуску в точном соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров.
Почему же Наркомпочтель все-таки распорядился исчислять новые тарифы по февральскому курсу (150 000 руб.)? Да потому, что вводились они только с 1 февраля. И, конечно, неразумно было в феврале пользоваться нереальным, устаревшим уже январским курсом. Ведь из-за падения курса бумажных денег себестоимость почтовых услуг в феврале стала много выше, и новые тарифы обязаны были это учитывать.
А здесь уже все встало на свои места — 7500 рублей соответствует действительному почтовому тарифу 1922 года
Так вот и получилось, что вместо марок с номиналами 5 000 и 10 000 руб. потребовались советской почте совсем другие… И действительно срочно Гознаку была заказана новая надпечатка — в 7 500 руб., и вскоре она появилась в обращении тиражом в 20 миллионов экземпляров. А марки с надпечатками 5 000 руб. и 10 000 руб. встречались на письмах все реже и реже. Ими неудобно было пользоваться. Вот какой дважды незадачливой оказалась почтовая судьба у марок советского выпуска 1921 г.
В. Филиппов.
Источник оригинальной статьи: журнал «Филателия СССР» №6 за 1967 г., примечания по тексту stampbox.ru